Из истории создания

«Золотой век» в постановке Григоровича — это фантастический балет с потрясающей музыкой, которая оказала влияние на три поколения композиторов. Григорович исключительно тонко и бережновосстановил это произведение, создав немыслимый хореографический рисунок. Вся труппа — звезды. Как в фильмах Эйзенштейна и Пудовкина — что ни образ, то явление колоссальной силы».
Леонард Бернстайн
Вена, 1986 г.

Балет под названием «Золотой век» впервые был поставлен в 1930 г. на сцене ленинградского театра оперы и балета имени С. М. Кирова. Автором либретто выступил А. Ивановский, постановщиками — молодыехореографы В. Вайнонен, Л. Якобсон и В. Чесноков. Постановка успеха не имела, и спектакль быстро сошел со сцены.

Юрий Григорович, всегда восхищавшийся музыкой «Золотого века», многие годы вынашивал идею постановки этого балета. Но его смущало слабое либретто. В конце концов, было решено написать новое. Вкачестве соавтора нового сценария балетмейстер привлек драматурга Исаака Гликмана. А партитуру, за годы, прошедшие со времени первой постановки, частично утраченную, скрупулезно восстановила группамузыкантов под руководством С. Сапожникова. Новая музыкальная редакция, ставшая основой постановки, была сделана композитором В. Баснером.

Премьера состоялась в 1982 г. «Золотой век», впервые «попавший» на сцену Большого театра, оставался на ней вплоть до 1995 г., прошел около шеститидесяти раз и с большим успехом показывался за рубежом— в Германии, Австрии, Англии, Ирландии, Франции, Голландии, США, Греции, Италии, Австралии и других странах.

В 2006 г. была представлена новая сценическая редакция балета.

«Постановка Григоровича — явление исключительное, принесшее балету откровения в показе современности, что по сей день проблема из проблем для всего музыкального театра. Результат темблистательнее, что и в этом труднейшем материале хореограф смело избирает самое сложное. Героика подвига балету доступнее, выбор Григоровича — будни. Бои отгремели. В „Золотом веке“ — времена нэпа,когда на свет божий выползли притаившиеся, было остатки старого мира, орудуя теперь хитро, изощренно. Избрав будни, Григорович обыденность их взрывает остросюжетным, захватывающе напряженнымразвитием действия. Впервые на балетной сцене он представляет жанр детективный — с погонями, тайнами, нападениями.

... И все это — в хореографии, которая, можно сказать, и сама остросюжетна, за каждым поворотом тут разные виды танца: классика и свободная пластика, неоклассика и гротеск, элементы народных танцев испортивных движений... Танец бурлит, охватывая все пространство огромной сцены. Тут вихрь самой жизни — стремительный, пестрый, увлекательный. Тут — отзвуки спортивных празднеств, жанровые „уличные“зарисовки, представление артистов агиттеатра... В этом феерическом потоке, как тихие оазисы, овеянные поэзией, на красивейших высоких поддержках основанные, лирические дуэты Риты и Бориса».

Сания Давлекамова, 1982